«Пока вы чисты Чистые пруды…»

№3(46), март 2009
Николай Ямской
Самый большой по площади и второй по протяженности бульвар появился на месте пруда, называвшегося когда—то Поганым.
На Бульварном кольце этот бульвар самый большой по площади и второй после Тверского по протяженности (822 метра). Да и аллей у него две. Хотите людей посмотреть и себя показать, шагайте по широкой главной аллее. А предпочитаете поспокойнее да поуединеннее — держитесь тихой боковой. Она отделена от главной газоном, засаженным кустами сирени и немолодыми уже каштанами, рябинами, но более всего липами.

Правда, по какой аллее от метро «Чистые пруды» не пойдете, все равно к этому самому водоему придете. Он, этот пруд, здесь главная достопримечательность. Потому что нет больше на кольце иного бульвара, у которого был бы собственный, довольно просторный (площадь — 1,2 га, средняя глубина 1,8 м) водоем. Да еще с такой богатой биографией. Недаром его издавна только во множественном числе называют.



Тяжела рука у«властной вертикали».
Пруд, давший бульвару свое имя, между прочим, много его старше. Тот, какивсе остальные накольце, появился в1820-хгодах наместе снесенной стены Белого города. Адотого текла вдоль стены всторону Яузы неширокая, нонапористая река Рачка. Текла она, впрочем, спокон века, когда нетолько стены, ноипруда-тосамого небыло. Образовался он споявлением наРачке запруды. Когда это произошло, исследователи разные даты называют. Нопочти все, какотпечки, отпервого названия пруда «пляшут». Аназванье унего ещетобыло — Поганым его кликали. Поодной легенде стал он таковым ещевХ веке, когда христианство наРуси распространяться начало. Будтобы приходили кпруду изближайших сел просветленные новой верой язычники итопили вего водах ещенедавно чтимых идолов. Ну, вроде какводоем запоганили, асами новую жизнь вшоколаде начали.

Подругим сведениям это нехорошее название сто лет спустя появилось. Аиспортил экологию пруда основатель Москвы князь Юрий Долгорукий. Не нравилось ему, чтохозяйничал наэтих землях боярин Кучка, который как-то неохотно князю вноги кланялся. Врезультате успешного рейдерского захвата, Долгорукий боярскую недвижимость «муниципализировал». Аукороченное ровно наголову тело первого сретенского олигарха приказал впруд бросить. Дескать, чтобы знали все остальные поганки, укого наРуси самые длинные руки!

Усадьба нового быта.
Стех пор так иповелось, что чуть что– грехи отмаливать вблизлежащие храмы бегали. Акакотразной скверны избавляться — валили чтонипопадя вПоганые пруды! Более всех этим экологическим хулиганством местные мясники отличались. Все отбросы отзабитого скота раз — и«концы вводу»! Внезнакомой тогда сканализацией Москве итак отнюдь непарфюмом пахло. Атут ещеиПоганые пруды, которые воздух тоже отнюдь не озонировали.

Полегчало лишь вначале XVIIIвека, когда, купив земли близ Мясницкой слободы, обустроил здесь свою усадьбу любимец Петра I, светлейший князь Меньшиков. Досвоего возвышения ивхождения вдворянство будущий фельдмаршал вМоскве пирожками торговал даумолодого царя вПреображенском полку вденщиках хаживал. Так чтоманерничать нестал. Апригнал мужиков иприказал им пруд лопатами выскрести доблеска. Да и остальных так приструнил, чтонаподшефной ему территории самые упертые враги гигиены врукав сморкаться научились. Так чточистыми стали стех пор воды пруда. Даинаполняться он скоро стал неубранной вподземные трубы древней речкой Рачка, аизмосковского водопровода.

Наярмарке московских невест.
После сноса крепостной стены иобустройства бульвара,Чистые пруды иМеньшикова башня стали его неотъемлемой частью иукрашением. Аобразовавшийся при этом союз воды итенистых аллей, которые сначала выводят кпруду, азатем, разбежавшись поберегам, словно его обнимают, оказался исключительно удачным. Недаром смомента своего обустройства в1820году Чистопрудный сразу стал весьма посещаем. Особенной популярностью он пользовался уобитателей окрестных дворянских особнячков иусадеб. Впрочем, юному Александру Пушкину эти места запали всердце ещетогда, когда бульвар только задумывался. Так ужсовпало, что, вернувшись в1801году впервопрестольную изМихайловского, семья Пушкиных облюбовала себе жилье всоседнем Большом Харитоньевском переулке. Идолго оставалась ему верна, последовательно снимая квартиры вдоме Волкова — насамом углу сЧистопрудным бульваром (сейчас вэтом особнячке ресторан «Кура»); вжелтом особнячке подбоком укаменных Юсуповых палат и, наконец, вдоме генерал-майора Санти. Какраз этот переулок иэтот дом четверть века спустя попали вседьмую главу пушкинского «Евгения Онегина»: ведь именно сюда издеревни привезли бедную Таню Ларину наярмарку московских невест.

Публика, жизнь которой проходила вожидании чинов инаследства, поиска богатых невест, женихов длядочек, слухах исплетнях, оккупировала район Чистопрудного бульвара надолго. Современем это даже наоблике его архитектурного окружения отразилось. Недаром ичерез тридцать лет Н.Лесков всвоем романе «Некуда» (1860-егоды) писал: «НаЧистых прудах все дома имеют какую-то пытливую физиономию. Все они точно кчему-то прислушиваются испрашивают: «Чтотамтакое?»

Пока занавес неопустился.
Почасти того, кчему вэтом районе полвека прислушивались, присматривались дашушукались, большим знатоком оказался Александр Грибоедов. Он, вотличие отпроведшего здесь свои ранние годы Пушкина, бродил поаллеям Чистопрудного взрелом возрасте. Благо, посещая Москву, останавливался неподалеку, наМясницкой улице усвоего друга Бегичева (№ 42). Случилось это какраз вто время, когда Грибоедов работал надсвоей бессмертной комедией «Горе отума». Так чтопрототипы унего, можно сказать, находились прямо подбоком. Только успевай, «отливай» вживой, художественной форме настраницах пьесы!

Сегодня, если вступать набульвар состороны метро «Чистые пруды», иавтор, иего герои встречают нас прямо, можно сказать, увхода. Памятник Грибоедову установили в1959году (скульптор А.Маниулов). Бронзовая фигура великого драматурга задумчиво взирает напотомков свысокого пьедестала. Анаполукруглом боку постамента рельефные изображения его колоритных героев. Они вереницей шествуют навстречу театральному занавесу, который начал было опускаться, ноостановился наполпути. Начтоработает этот образ застывшего времени, вобщем-то понятно. Почти два века прошло. Апьеса все снова иснова ставится. И, чтоглавное, собирает зрителей. Значит, ещенепора этим типажам закулисы…

Вчеремуховом дыму.
Слегкой руки Пушкина иГрибоедова Чистопрудный бульвар прописался затем настраницах многих литературных произведений. Понятно, чтосамые подробные описания оставили те, ктоздесь родился или, покрайней мере, какое-то время проживал. Правда, укаждого было свое время. И, соответственно, свой, особый Чистопрудный бульвар.

Изписателей ранней советской поры здесь, пожалуй, первым следует назвать Валентина Катаева. Вначале 1920-хгодов вместе сдругим замечательным писателем исвоим большим другом Юрием Олешей он перебрался изсолнечной Одессы вМоскву. Ипроживал вдоме4поМыльникову переулку (теперь улица Жуковского), то есть буквально вдвух шагах отбульвара. Чистопрудный тогда буквально ломился отчеремухи. Впериод раннего майского цветения ее аромат, похоже, чувствовался даже вМыльниковом. Анасамом бульваре публика отмахивалась отжелающих погадать цыганок, пила вкиосках «бабушкин» и«дедушкин» квас, фотографировалась ууличного фотографа– «пушкаря». Это стой поры поселились всемейных альбомах снимки наших предков, оцепенело застывших перед объективом нафоне нарисованного нахолсте Большого Каменного моста иКремлевских башен. Вжизни, не на напортретах, современники Москвы нэпманской были куда резвее. Ктопомоложе, катал своих девушек влодках напруду. Азрелые мужики взвешивались нашатких весах илупили деревянной колотушкой поспециальному прибору, стремясь, чтобы дрожащая стрелка указала нанадпись «сильный мужчина».

Рождение Великого комбинатора.
Все это, плюс историю отом, какодин такой реальный мужчина был внезапно сражен наЧистопрудном любовью, Катаев описал всвоем рассказе «Ножи» (1926год). Чтонаэтомже бульваре подметили ичемвдохновились другие писатели, его современники идрузья, это достойно специального исследования, нодругого пространства. Поэтому ограничимся лишь напоминанием, чтовместе сКатаевым иОлешей вихтесной комнатушке близ Чистых прудов временно проживало множество повторивших ихпуть одесских друзей, представителей знаменитой впоследствии южной литературной школы. Достаточно вспомнить появившихся здесь одними изпервых Евгения — младшего брата Катаева, взявшего себе вкачестве псевдонима такую «редкую» наРуси фамилию, какПетров, иего будущего друга, соавтора, который свою итак похожую напсевдоним фамилию менять нестал. Соавторами Евгений Петров иИлья Ильф стали только здесь, вМыльниковом, где ихковарно соединил старший Катаев для написания подего руководством авантюрного романа, вкотором некий бойкий персонаж мечется впоисках бриллиантов, разбросанных революцией постране. Уже ощущающий себя мэтром 25-летний Валентин бросил своим новым литературным рабам идею, дабы они принялись облекать ее вплоть икровь сатирического романа. Асам легкомысленно отправился наюга, пообещав повозвращении пройтись поихдилетантской заготовке рукой мастера. Когда он вернулся, соавторы нетолько гениально нашли главного героя, ноиблистательно «отлудили» шесть первых глав. Вглазах искренне пораженного старшего Катаева оба сразу перестали быть «крепостными». Он тутже переписал литдоговор наних. Ивообще, первым предрек ещенезаконченному роману долгую жизнь имировую славу. Что, собственно, вдальнейшем иосуществилось. Так чтосегодня насовершенно сохранившемся доме №?4 вбывшем Мыльниковом переулке вполне можно былобы повесить табличку снадписью: «Здесь вкоммунальной тесноте ипочти антисанитарных условиях родились писатели Ильф иПетров, ихнеувядаемый ввеках роман «Двенадцать стульев» иглавный его персонаж — Великий комбинатор Остап Сулейман-Берта-Мария Бендер».



Школа жизни дляпоколения победителей.
Авот ещеодин литературный певец Чистопрудного бульвара, писатель Юрий Нагибин, оставил онем россыпь воспоминаний идаже целый сборник рассказов, который так иназывается «Чистые пруды». Предмет своего документально-художественного отображения времен 1920 — 1940 годов Нагибин очень любил изнал прекрасно. Ведь здесь он родился ипровел самую лучшую пору человеческой жизни — детство, отрочество, юность. Поэтому первая история в«Чистых прудах» начиналась словами: «Было время, язнал тамкаждую скамейку, каждое дерево, каждый куст крапивы возле старой лодочной станции, каждую световую надпись «Берегись трамвая!», мигающую красным напереходе…» Авот ещенесколько фрагментов: «Чистые пруды были длянас школой природы. Какволновала желтизна первого одуванчика назеленом окаеме пруда!.. Мы ловили тут рыбу, ибывало, накрючке извивалась непросто черная пиявка, анастоящая серебряная плотвичка. Иэто было чудом — поймать рыбу вцентре города… НаЧистых прудах находилась наша читальня, наш тир, наш клуб безстен, где решались наши пионерские дела, инаш райвоенкомат, отсюда всорок первом многие изних уходили навойну».

ПроЧистопрудный времен военной поры 1941 — 45годов попричине крайнего малолетства ничего засвидетельствовать немогу. Запомнился лишь маленький сюжет изувиденной много позже хроники: спогруженного втемноту бульвара медленно поднимаются внебо аэростаты воздушного заграждения. Иещефото: назаметенной снегом аллее перед отправкой напередовую ополченцев наспех обучают военному делу. Прото, чтосэтими сразу потом брошенными вбой ребятами произошло дальше, встихах уБеллы Ахмадулиной: «Ипобедили! Нонепришли свойны…» Авот послевоенные Чистые пруды помню отлично, ибо бегал поним чуть реже своего родного Сретенского бульвара. Ипоэтому могбы кое-что добавить ипрорыбалку, ипротир, ивообще проЧистопрудный периода конца 1940 — начала 50-х годов.

Праздники послевоенного детства.
Однажды летом ясам вкомпании местных сверстников полдня проторчал наЧистых прудах судочкой. Никто ничего непоймал. Даже плотвички. Зато, когда осенью пруд вочередной раз спустили дляпрофилактики, работавшие нарасчистке муниципалы набили карасями идаже сазанами несколько сеток. Стало быть, рыбы меньше нестало — просто она поумнела… Ивообще опеременах! Лично могу засвидетельствовать, что даже вразгар ХХ века наэтом бульваре многое, снебольшими оговорками, оставалось ещетаким, каким было описано Нагибиным идаже Катаевым. Правда, черемуховый дух вместе ссамим кустарником исчез. Зато вразгар лета воздух был буквально напоен ароматом доминирующих здесь цветущих лип. Уличные фотографы все также зазывали публику увековечиться. Итоже нафоне холста, нонесКремлем, аснамалеванными нанем кипарисами, морем, парусником всиней дали ипочему-то парящим надвсем этим китчем серебряным дирижаблем сгондолой. Китаянок, которые уНагибина продавали нааллее бумажные фонарики, уже небыло. Начистопрудном торжище ихзаменили какие-то юркие, цыганистые личности, которые, однако, торговали все тойже, по-прежнему ярко раскрашенной ипотому привлекательной длядетворы дребеденью. Например, набитыми опилками бумажными мячиками нарезинке, благодаря чему они чудесно подскакивали ивозвращались прямо владонь. Илиледенцовыми петухами напалочке. Эти радикально пурпурного цвета «птицы» отличались невероятной стойкостью. Такого петуха можно было облизывать исосать часами. Ноон, похоже, нисколечко неуменьшался, атолько щедро окрашивал алым цветом губы иязык.

«Какповяжут галстук, береги его…»
Неподумайте, что это проуныло протокольный атрибут вгардеробе любого нынешнего клерка, нацелившегося накарьерный рост. Поэтойже причине, ноиеще по соображениям идеологии, наш пионерский галстук был почти также обязателен дляношения. Правда, при этом выгодно отличался все темже леденцово-петушиным, ярко-алым окрасом. Наофициальном уровне нас авторитетно уверяли, что этот галстук, какитогдашнее государственное знамя, впитал всебя святую кровь борцов зареволюционное освобождение всего человечества. Втом числе исовсем юных– типа Павлика Морозова. Сегодня обэтом мало ктопомнит, нооткрытие памятника этому убитому в1932году кулаками четырнадцатилетнему пионеру состоялось наЧистопрудном бульваре 19 декабря 1947года.Несколько лет после этого мы безособого интереса, новсеже уважительно (малоли среди нас было тогда дураков, искренне клявшихся «быть верными делу Ленина-Сталина») бегали мимо этого навек застывшего узнамени Павлика посвоим суетливым, мальчишеским делам.



Замороженное прощание свеликой эпохой.
Душу перевернула очередная годовщина мученической гибели героя 3 сентября. Нет, пока наш пионерский отряд подбарабанный бой маршировал по Чистопрудному дляпроведения торжественной линейки уПавлика, все было более илименее. Нокогда наша классная вожатая взяла слово и с простодушным восторгом разъяснила, что 14-летний Павлик, неколеблясь, донес чекистам насвоего отца, рассказав кактот сопротивлялся коллективизации иукрывал зерно, тут все иобрушилось. Потому что проколлективизацию, чекистов илично товарища Сталина большая часть тогдашней публики ничего плохого выражать несмела. Темболее, что этоже большинство так оглушительно орало «Ура!», что более естественное вту пору «Караул!» попросту непрорывалось. Нодоносить!? Незнаю, какгде, новнашем полупионерском-полухулиганском дворовом братстве такое делать считалось «западло». Поэтому образ сразу померк. Вожатая получила кличку «внучка Павлика Морозова». Апамятник постоял-постоял, иводин прекрасный день куда-то был убран.

Наместе снесенного пьедестала свою передвижную тележку пристроила куда более милая нашему сердцу мороженщица. Ее товар, вотличие отстарших товарищей, знающих «ского надо делать жизнь», иумилительных передовиц газеты «Пионерская правда», был подлинным. Снынешними «Дав», «баскин-робинсами» ипрочей продукцией корпорации «Нестле», конечно, сравнивать, нечего. Ибо длянас, тогдашних, мороженое нашего детства было вне конкуренции. Продавали его невстаканчике илибрикетом, каксейчас, аплоским кругляшком, который мороженщица ловко выдавливала изспециального аппаратика и, пришлепнув сверху иснизу вафельными кружочками, вручала покупателю.

«Место встречи изменить нельзя».
Именно вэтом культовом фильме режиссера Говорухина сегодня можно увидеть, кактакое мороженое делалось иелось. Тамэто вполне правдоподобно изображено вэпизоде наЧистых прудах, когда, пристроившись пососедству стакой мороженщицей, Жиглов сШараповым избудки чистильщика обуви скрытно наблюдают засвоим коллегой Колей Векшиным. Атот, вобразе блатной «шестерки», расслабленной вихляющей походочкой направляется ксадовой скамейке упруда, где, позаранее достигнутой договоренности, должна состояться встреча спосланцем избанды «Черная кошка». Подороге Векшин, неподозревая, что он разгадан ивстреча закончится длянего самым роковым образом, беззаботно лакомится сладким кругляшком мороженого…

Сегодня подобных, облюбованных кинематографом точек наЧистых прудах иокрест хоть пруд пруди. Во-первых, конечно, из-за живописности. А во-вторых, всилу неплохо сохранившейся исторической подлинности. Ведь большую часть ХХ века бульвар иего архитектурное окружение, действительно, несильно менялись. Когда вконце 1950-хгодов набульваре поуже упомянутому катаевскому рассказу «Ножи» начали снимать короткометражку, ничего особенного городить непотребовалось, потому как весь пейзаж почти абсолютно соответствовал эпохе тридцатилетней давности. Осталось лишь воздвигнуть игровой балаганчик, вкотором главный герой Пашка (едвали непервая роль В.Меньшова, будущего режиссера оскароносного фильма «Москва слезам неверит») путем меткого набрасывания колец навоткнутые встенку ножи нетолько чуть неразорит весь аттракцион напризы, ноиотвоюет любимую девушку.

Ещеменьше хлопот почасти натуры доставила экранизация нагибинских «Чистых прудов». Выросшие вэтом районе мальчишки уходили в1941году навойну практически потогоже вида бульварной аллее, накоторой ихсыграли вкинокартине родившиеся уже после Победы актеры-сверстники.



«Яшагаю поМоскве».
Совсем ничего непотребовалось менять ивэтом фильме. Всцене прохода почистопрудной аллее тогда восемнадцатилетним актерам Никите Михалкову иАлексею Локтеву, собственно, инепришлось ничего особенного изображать. Эти юные шестидесятники существовали всвоем времени. Ивантураже, который ихповседневно окружал. Именно такой фон был тогда нужен режиссеру Г.Данелии. Сегодня, опятьже почти внеизменности, он может наблюдать эту аллею прямо изокон своей нынешней квартиры наЧистых прудах.

Авот режиссеру Говорухину при съемке эпизода наЧистопрудном натура посопротивлялась. Ведь действие фильма разворачивается в1946году. Однако тогда никаких «птичьих домиков» напруду несуществовало. Береговой травяной откос необрамлялся бордюром. Даи«обнимающие» пруд аллеи с молодыми липками были лишены асфальтового покрытия. Анаэкране все намомент съемок, то есть тридцать лет спустя: укрепленные в1966году бетоном берега, сильно вымахавшие за прошедшие годы липы, закатанная васфальт аллейка идеревянное «общежитие» дляводоплавающих, которых там приютили в1958году, после закрытия лодочной станции. Станцию, потеснив пернатых, вконце ХХ века ненадолго реанимировали. А соседний деревянный павильон сбуфетом, который долгие годы использовался зимой вкачестве теплушки длялюбителей катания наконьках, сломали вконце шестидесятых. Наэтом месте соорудили модную вту пору «стекляшку» иразместили вней кафе.

Трамвай «Желание».
Кафешка эта, кстати, тоже попала наэкран. Это вней четверо ветеранов войны, герои фильма «Белорусский вокзал», собираются посидеть, тихо помянуть своего только что скончавшегося боевого друга. Но, соприкоснувшись собщепитовским хамством игрохотом молодежного вокально-инструментального «Амы поем навсю катушку…», терпят оглушительное фиаско.

Вовремена перестройки в«стекляшке» открыли рыбный ресторан, вкотором почти никогда небыло рыбы. Затем, обзаведясь соответствующим интерьером ипряными, острыми блюдами, он превратился виндийский. Вот его-то, всвою очередь, исменило псевдоклассических дворцовых форм здание. То самое, что ныне бесстрастно глядит тонированными стеклами своих окон напруд, лебедей испециально завезенных изАвстралии черных уток, которых вхолодное время года отправляют зимовать вМосковский зоопарк. Судя помаркам автомобилей настоянке икрупногабаритным охранникам попериметру, здесь какой-то закрытый клуб. Скорее всего, только длятех, кого осенью 2008года могла заинтересовать новость, вокруг которой пресса подняла шум. Оказывается, наЧистых прудах возвели некий загадочный, суперэлитный дом. Авнем вольготно, насемь этажей, расположили «квартирку» сподземным гаражом стоимостью 2,5 млрд докризисных рублей. Сколько изних берут за вид наЧистопрудный бульвар, подсчитывать неберусь. Думаю, большинству наобычную квартиру эконом класса хватилобы!

Так что ненадо сорить купюрами! Потерпите доследующего очерка. Ивы получите тоже самое, если небольше. Причем поцене трамвайного билета…

The Directory
Marimba Plus
Marimba Plus вот уже около 20 лет удивляет публику своим неповторимым стилем. Имея богатейший опыт, музыканты неизменно создают что-то новое, и каждый альбом – как открытие, откровение. Каждый концерт группа играет так, словно перелистывает страницу и пишет историю заново.
Спасти, пока не поздно!
Discovery Channel и WWF проводят кампанию во «ВКонтакте» в поддержку амурских тигров. В акции приняли участие L`One, Алексей Ягудин, Алексей Кортнев и Денис Клявер.
Встречаем осень в ТВОЕ с любимыми героями
Москва, сентябрь 2016 года:Бренд одежды ТВОЕ совместно с Adventure time выпустили новую коллекцию для детей, в которую вошли футболки, свитшоты и костюмы с неразлучной парочкой – Финном
Гала-концерт «ЛЕТНИЙ ДРАЙВ – РОНАЛАЙФ 2016»
Приглашаем на день рождения концертного агентства Рона Промоушн! Празднуем пятилетие, слушаем прекрасную музыку и наслаждаемся летом в арт-кафе «ДуровЪ»!
Мужские костюмы Kanzler
Гардероб современного мужчины – визитная карточка его повседневного или делового образа.
ДЕНЬ РОССИЙСКОГО ДИЗАЙНЕРА 2017
15 июня состоится ежегодная красная дорожка "ДЕНЬ РОССИЙСКОГО ДИЗАЙНЕРА 2017" или
ДМИТРИЙ КОЛДУН
ДМИТРИЙ КОЛДУН ПОДРАЛСЯ ИЗ-ЗА ДЕВУШКИ С БОЙЦАМИ СМЕШАННЫХ ЕДИНОБОРСТВ
Герои современной России:от Балтики до Сахалина
В новом телевизионном сезоне Discovery Channel представит цикл программ «Сделано в России»
Юта
Юта провела генеральную репетицию юбилейного концерта
Анастасия Джиас
Анастасия Джиас – украинская топ-модель, успешно работающая в Америке и Европе. В ее резюме съемки в рекламе таких брендов, как Revlon, Levi’s, участие в международном шоу L’Oreal, реклама косметических компаний Ardell и Oribe, а также съемки в музыкальных клипах и сериале Netflix «Американские подростки».
©2018 Радиус Города