Мужчины: Матвеев Николай

№7(50), июль 2009
Полина Головина
Советские шлягеры в стиле латино: необычно, интересно, а главное — талантливо.
На фото: Матвеев Николай
Мужчины: Матвеев Николай
В Вашем альбоме в основном представлены старые советские песни. Это очень необычно для такого молодого человека. С чем это связано? Ностальгия, возвращение к прошлому или просто хочется вспомнить то время, когда «деревья были большими, а мужчины мужественными»?
Ну, здесь совокупность очень многих вещей. Одну из них вы не назвали, хотя для меня она очевидна, например, в искусстве уже никого не удивляет Джоконда, выложенная из помидоров черри. Это называется современным искусством. Да, мы взяли пласт постзападной, постсоветской эстрады и сделали немножко под другим «соусом», непривычным для слушателя. Оптимизм этих песен, который все-таки нас немножко смущал в рамках сегодняшнего дня, ушел, может быть, благодаря электронике. Стиль босанова дал правильный ракурс и удивительную легкость этой музыке, и поэтому из нее ушел тот академизм, к которому мы привыкли, с которым пел Магомаев, Кобзон, Бернес — именно это.
Вот Вы называете эти имена, а у Вас все-таки не российский жанр…
Нет, но мы брали советские песни для исполнения.
Вы назвали именно их, другие Вас не прельщают?
Почему? Нет. На самом деле, на Кубе очень любят советскую музыку. Приехав на Кубу, я был удивлен тем, что там большинство специалистов в области звукозаписи учились в тогда еще Ленинграде и Москве, не говоря уже о том, что большинство музыкантов, которые сейчас гастролируют по всему миру, все пианисты, саксофонисты и многие другие, заканчивали наши консерватории. То есть Советский Союз для Кубы — хорошая учебная база.
Получается, что мы фактически являемся прародителями босановы?
Да нет, музыка в стиле босанова немного отличается от бразильской, к которой мы привыкли. Ну вот, например, как русские романсы отличаются от цыганских. И то, и другое — романсы, но русский более тонкий. То же самое бразильская босанова. А цыганский романс такой, что прямо душа нараспашку — вот это кубинская босанова, там немного тонкость другая.
Как говорили во времена наших отцов, «откуда у парня испанская страсть»?
Испанская страсть? На самом деле, могу сказать, что даже в музыке советских композиторов она прослеживается. Была такая история: в 50-годах прошлого века группа советских композиторов отправилась прямиком отдыхать на Кубу, еще до кубинской революции. Через некоторое время они вернулись, после чего в музыке наших советских композиторов стала очень четко прослеживаться босанова. Она чувствуется во многих песнях.
То есть у нас такие глубоко родственные корни?
Они не совсем родственные, но все-таки нам это близко. Возьмите хотя бы творчество Агутина, к примеру. Близко? Близко. Но мы, тем не менее, люди северной страны, у нас не так много солнца, как на Кубе. А там и солнце, и море. Кубинцы поют круглые сутки. Они все удивительно музыкальны, удивительно.
Солнца у нас немного, но страстей достаточно.
Это да. У нас все-таки Достоевский — это другое немножко.
Как удается совмещать этого Достоевского и легкость людей, где каждый обласкан солнцем?
На самом деле сложно. Но вопрос посыла, он может быть с разными векторами, но одинаковый.
А сами Вы где родились?
В Москве.
В Москве? То есть любимые места, любимые улочки, пешие прогулки с девушкой на руках, откуда это все?
Это все оттуда, потому что московская семья, московская школа, район, что называется, при Арбате. Всегда на тех же кухнях происходили какие-то собрания, пелись песни, военная тема особенно была близка. Мой папа — музыкант, и эти песни ему близки.
Папа — музыкант? Значит, у вас уже музыкальная династия?
Папа изначально был самоучкой. Потом он пошел учиться в консерваторию. У него был специальный военный аккордеон. Потом он долго руководил детским хором, преподавал, писал музыку, работал как аккомпаниатор. Существуют всякие семейные байки.
А какие байки?
Ну, например, был случай, когда папа совершенно неожиданно стал на один концерт аккомпаниатором Шульженко. Дело в том, что когда она приехала, обнаружилось, что аккомпаниатора нет. Что делать, ведь полный зал, аншлаг, нужно выходить на сцену? Срочно стали кого-то искать. У него спросили: «Можешь?» — «Могу». И вот 2,5 часа они отработали. Папа рассказывал, что рубашку потом можно было выжимать, потому что такое сильное было напряжение, какого никогда не было. Представьте, он работал со звездой первой величины с ходу, без репетиции.
Какие еще есть байки?
Бабушку, например, в свое время хотел взять Шаляпин к себе, чтобы учить вокалу. Она пела в церковном хоре. Он как-то раз услышал, пришел к родителям, сказал, мол, отдайте девочку. Они отказались. Ну, это уже настоящая семейная байка, так как никто не знает, правда это или нет. Бабушки уже нет, выяснить точно нельзя, но, тем не менее, такое предание существует.
А каково расти в такой музыкальной атмосфере?
Когда в этом находишься, то не задумываешься особо. Вот приходишь, скажем, к обеду, начинаешь есть. Ты же не думаешь в этот момент, легко ли тебе принимать пищу. Это воспринимается уже как норма. Когда дома происходили какие-то музыкальные вечера, когда в них участвовали папины друзья, Юрий Гуляев, например, Валентин Ливашев, художественный руководитель хора Пятницкого, — все это воспринималось как данность. Помню, они собирались на кухне, обсуждали проблемы, дальше кто-то садился за рояль, а папа брался за баян. И меня с трех лет тоже заставляли к этому приобщаться.
Именно заставляли?
Петь мне нравилось, но я не любил никогда фортепьяно, честно могу сказать. Для меня эти гаммы, этюды всегда были очень тяжкой наукой, потому что нужно было сидеть, заниматься, оттачивать технику. Лирика давалась очень легко, очень.
Возвращаясь к альбому, вот как созревал такой музыкальный проект? Просто делал, делал и получилось?
На самом деле здесь есть какая-то доля случайности. Бывают моменты, когда все вдруг в одном месте срослось: случилась Куба, случились советские песни, случились два сопродюсера, которые приняли участие в записи этого альбома. Обоим эта музыка достаточно близка. Евгений Кобылянский, с нашей стороны, уже имел опыт переработки материалов, как они делали это с Лепсом: взяли песню Высоцкого и дали новое звучание, получилось весьма удачно. А Вартан Тоноян как раз кубинский продюсер. Они брали мировые хиты: «Битлз», Азнавура, еще каких-то исполнителей, и перерабатывали в стиле босановы, то есть придавали им такую легкость. Это были инструментальные альбомы. Наш проект был для него первым опытом, ну и для всех нас, в принципе. Параллельно я работал над сольным проектом. Когда вышла эта пластинка, силы пока перенаправили на нее, но работа продолжается. Я думаю, к осени все-таки что-то мы покажем.
Вы верите в судьбу, случай, гадание или гороскопы?
Я верю в судьбу, наверное. Я считаю, что какой-то процент того, что жизнь сама что-то может изменить, существует. Все равно работа артиста — это 10% природы, таланта, который тебе дал Бог, а 90% — титанический труд, поэтому работа над собой, над оттачиванием профессионального мастерства не должна прекращаться никогда.
Наследственность в этом случае — помощь, вред, бонус или данность?
Сложный это вопрос. Вот не верю я, когда сидят молодые «звезды», члены какой-то известной семьи, и рассказывают, что они сами поступали в высшие учебные заведения. Лично я ни одной истории не слышал, чтобы кого-то из них не приняли, например, в театральное училище. Правда, ни одной. Я знаком с несколькими такими семьями. Понятно, что родители, не то чтобы готовили ребенка, но они создавали необходимую для развития ребенка атмосферу, где формировалось его мнение, вкус, и где он уже мог понять, чего хочет в дальнейшем от жизни. Если в какой-то момент ему становилось это близко, понятно, что это заслуга семьи. Я — не исключение из правил, потому что в семье всегда была музыка. Просто в разные периоды жизни мне приходилось не только петь. Я также писал статьи, к примеру, организовывал мероприятия, выступал как ведущий. Была и такая часть биографии, потому что моя музыка, не то чтобы она не была востребована, просто что-то не срасталось, потом срасталось, потом нет — пунктирная линия получается. И я считаю, что семья все-таки помогает, и очень много.
Есть ли какие-то личные семейные правила, которые сформировались с детства и передавались от отца, от деда и шли вместе с Вами и которых Вы постоянно придерживаетесь?
Есть, конечно. Во-первых, есть семейные праздники, которые сами по себе уже вошли в традицию. Существует какая-то иерархия в семье, например, папы уже нет, но есть его младший брат, и почтение, уважение к нему — это тоже определенный ритуал. Я считаю, есть некое единство, которое мы сохранили с моими родственниками, некое ощущение семьи, члены которой в любой момент готовы тебе помочь.
Сказывается ли это на выборе людей, которых Вы приглашаете в свой ближний круг?
Безусловно, были случаи, когда мои друзья, не очень, конечно, красиво с моей стороны так говорить, не вписывались в концепцию семейного праздника. Случалось и такое, но здесь сказывается воспитание, так как все равно в доме принимались все и вся. Это просто я мог почувствовать некоторое напряжение, но семья всегда принимала мой выбор, моих избранниц, которых я приводил домой. Понятно, что в дальнейшем какие-то сомнения высказывались очень осторожно, очень тонко.
То есть эти семейные правила, традиции имеют под собой какую-то практическую основу?
Конечно, притом у каждого своя роль, можно сказать, расписана. Моя мама всю жизнь была хранительницей семейного очага. Когда в дом приходили гости, неважно, в какое время, это могло быть и в час ночи, и в восемь утра, она всегда была как героиня из «Дней Турбиных», всегда собирала вокруг себя этих мужчин, принимала их и никогда не жаловалась. Папа, безусловно, со своей стороны это понимал и компенсировал своей любовью, своим вниманием и уважением, а также уважением людей, которые приходили.
Началось лето, Вы будете готовиться к новому альбому. Какой он будет? Собираетесь ли снова на Кубу?
На Кубу, на самом деле, зовут с концертами в конце мая, если получится, если все срастется. Может быть, даже с кубинскими музыкантами, с которыми мы писали там альбом. Здесь, в Москве, уже был концерт, мы набирали команду из наших ребят. Потрясающие ребята, хочу вам сказать, ничем не уступают кубинцам: молодые, свежие мозги, очень быстро адаптируются. Новый альбом — все равно это будет лирика. Я думаю, она актуальна сегодня. Это будут медленные баллады, может быть, но не обязательно, с элементами босановы. Мне нравятся в музыке такие миксы, такой музыкальный дизайн, как я его назвал.
Концерты все проходят вживую?
Да, вживую. Каждый раз по-разному, с особым настроением, потому что ты, во-первых, работая с залом, чувствуешь, что он тебе дает. Бывает очень сложно. Вот недавно, например, мы съездили в Киев — было очень трудно. В Москве публика все-таки своя: некоторых ты знаешь, видишь знакомые лица. А вот в Киеве было намного тяжелее, приходилось вводить небольшие монологи, рассказы о том, почему именно эта песня и почему именно сейчас.
А кем Вы себя ощущаете? Путешественник, который путешествует по стилям; дизайнер, который собирает мозаику; человек, в руках которого калейдоскоп? Имея каждый раз под рукой фрагменты разного стиля, прокручивая этот калейдоскоп, мы получаем новый узор.
Я думаю, что вы правы, это путешественник, скорее всего.
Москва — Киев — Куба — это ли не путешествие?
Полагаю, вы правы, я как-то вот боюсь брать на себя такие громкие эпитеты.
Дело не в громких эпитетах, а в самоощущении, потому что если ты начинаешь работать с чужим материалом, важно самому себе сказать, почему ты сочинил не свою песню, а адаптировал чужую, зачем это надо именно тебе?
Я говорил, что песни в альбоме действительно близки мне и они мне нравятся.
Расскажите про одну из песен, так сказать, «домашней темы». Например, «Темная ночь»?
Я могу сказать, что «Темная ночь» — это вообще особая песня в семье.
Чем она понравилась?
Потому что тема войны и по сей день актуальна. 9 мая всегда дома отмечалось. По традиции собиралась вся семья. Это был день памяти тех, кто не вернулся. Действительно, это праздник со слезами на глазах. Для меня до сих пор это один из немногих дней, когда внутри все обостряется, усиливается чувственность. Когда ты видишь пожилых людей, которые в свое время совершали подвиги во имя родины, во имя близких, хочется отдать им дань уважения — и вот эта песня и есть память и уважение.
А что насчет песни «Московские окна»?
Ой, «Московские окна» — это мой арбатский район. Когда мы учились в школе, очень многие мои друзья еще жили в этих знаменитых арбатских коммуналках с огромнейшими коридорами и пятнадцатью комнатами. Эти воспоминания, как мини-фильм: в детстве я приходил в эти коммуналки, мы бегали, сдавали бутылки, которые собирали в коммунальных квартирах, и покупали себе мороженое. Там был обязательно какой-нибудь алкоголик «дядя Вася», которого все ругали, но всегда вытаскивали, стирали, отмывали и укладывали спать. Там был какой-нибудь малыш на трехколесном велосипеде, катающийся туда-сюда по коридору. Там стоял специфический запах. И несмотря на то, что семьи были разные — делились очереди в ванную, строились графики уборки квартиры — они всегда на праздниках собирались вместе. Это удивительно, на огромной кухне, где стояло 5 — 6 плит, все равно они были вместе и вместе ждали новые квартиры. Мне безумно нравилось приходить именно в эту атмосферу. «Московские окна» — это история такой Москвы, которой сейчас уже нет. Я до сих пор помню белье на веревочках, помню, как мамы моих друзей высовывались из окна или с балкона и кричали на весь двор: «Домой!» Я знал всю арбатскую шпану на тот момент, ну, нам тогда казалось, что это шпана. На самом деле кто-то из них сейчас стал успешным бизнесменом, между прочим. Не знаю, вот была какая-то приятная атмосфера Москвы, которой сейчас, к сожалению, уже нет.

The Directory
Открытие Театра мюзикла
Михаил Швыдкой перерезал красную ленточку нового театра на Пушкинской площади
SN PRO EXPO FORUM 2018
Cамое ожидаемое событие в индустрии спорта и здорового образа жизни!
Marianna Mira
Marianna Mira – певица, поражающая не только вокальными данными, но и уверенной жизненной позицией. Она стремится к концептуальности, пытаясь воодушевить людей на новые свершения своим творчеством. Marianna с детства увлекалась пением: в раннем возрасте она пела в главном хоре телевидения и радиовещания. Главным вдохновителем для нее стал отец – гитарист и мечтатель, он открыл своей дочери красоту и безграничность музыки. Переосмыслять трудности – жизненное кредо этой хрупкой девушки, внутри которой бушуют сумасшедший темперамент и желание доказать слушателям безграничность человеческой энергии.
Чем опасен стресс
Сегодня о стрессе говорят многие – его изучают, пытаются с ним бороться и избегать. Даже маленькие дети сегодня знают, что стресс – это плохо. 
ЛЮБОВЬ, ТЕРПЕНИЕ И ЕДИНСТВО
Индия — многонациональная страна тысяч языков и наречий, различных религий, страна миллиона загадок… Яркие краски встречаются здесь повсюду: в одежде, внутреннем убранстве жилищ, в оформлении зданий, и... конечно на кухне…
Фестиваль Турции пройдет в России
Фестиваль Турции пройдет с 14 по 16 июня 2019 года в самом центре Москвы – в парке «Красная Пресня». Фестиваль проводится в рамках перекрестного Года культуры и туризма России и Турции и организован при поддержке Департамента культуры города Москвы, Министерства культуры и туризма Турции и Посольства Турции в России. Более 150 участников фестиваля – артистов, певцов, танцоров, поваров и ремесленников представят москвичам культуру и традиции Турции.
Мода и шоу – это доступно!
Шоу-показ проекта Myfashionday
Есенин – из века прошлого в нынешний.
Загадка и тайна творческого наследия Сергея Есенина по-прежнему остается неразгаданной, что подтверждает гениальность поэта, не имеющего границ во времени и пространстве.
Белые ночи
Песни на стихи Михаила Гуцериева стали лейтмотивом «Белых ночей Санкт-Петербурга 2019»
Большая круговая дегустация GRAPE
…Почти 2 000 бутылок вина и шампанского, более 1000 гостей, тонна льда для охлаждения вина и напитков, разнообразная фуршетная линия из множества видов закусок и 7 часов дегустационного нон-стопа.
©2018 Радиус Города